Мало кто знает, но 13 октября - Всемирный День Защиты Зайцев
История такова, 12.10.2004, вскоре после нашего с г-ном Дергачевым приезда из Питера, направили мы с оным стопы свои в гости к другу нашему Дмитрию Сиксимову. С целью пиваса испить и песен под гитару наораться. Мероприятие сие прошло буйно и лихо, бутылки были осушены, голоса сорваны, бабушка Димана несколько раз была послана внуком на хуй.
На другое утро, проснувшись, мы стали выдавать всевозможные вербальные сентенции, которые особенно хорошо удаются, когда общее состояние организма оставляет желать лучшего. Пресытившись афоризмами, мы сгоняли за опохмелкой, снова взялись за гитару, словом, грядущее развитие событий ничего иного, окромя повторения банальной пьянки, не предвещало.
Но тут неожиданно и неясно для чего Сиксимов извлек из-за кресла маленького плюшевого зайца. Ну и понеслось... Сначала мы стали вспоминать песни про зайцев. Вспомнили, разумеется только одну - самую известную, про осины в темно синем лесу. Затем мы единогласно решили, что абсолютно все песни в мире, - все они про зайцев (петь то что-то надо было). А потом и вовсе плохо дело стало. Когда удельный вес спиртного на литр крови превысил критическую отметку, мы решили, что сегодняшний день - 13 октября - просто преступление не считать всемирным днем защиты зайцев. Постановив так, мы принялись звонить на радио, чтобы поведать миру об этом замечательном событии. Сначала дозвонился Сиксимов, сообщил про этот замечательный светлый праздник, передал нам с Дергачевым приветы и потребовал песню Браво "Заяц знает, где тебя искать..." Мы с Дергачевым в долгу не остались, по очереди дозвонились в ту же программу, поздравили Сиксимова и вообще всех, заказали, уж не помню что. А потом дозвонились уже в четвертый раз всей толпой и от лица Леонида Ильича Брежнева (Сиксимов) поздравили весь советский народ с праздником. Леонид Ильич сказал: "Пастанаулением ЦК КПСС, день трынаццатава октября шшытать всемирным днем зашшыты зайцау. Ура, таваришшы!". После этого к эфиру подключился Александр Григорьевич Лукашенко. Александр Григрьевич горячо поприветствовал братский российский народ, сказал, что "у нас у Бяларуси нацыянальная валюта тожа называецца "заяц", поздравил с праздником, и они с Леонидом Ильичом дуэтом исполнили песню (опять-таки запамятовал, какую).

На базе развалившегося ныне факультета философии ВолГУ (а если точнее – на базе кафедры истории философии) в свое время возник проект «Интеллектуальные Среды». Это что-то вроде клуба любителей подискутировать на философские и не очень темы. Хотя деятельность ИС распространяется гораздо дальше только философствования. Действительно, идея подобного проекта весьма ценна. Даже из бесплодной, на первый взгляд, дискуссии каждый может для себя что-то вынести. Вынес и я 08.10., о чем по порядку.
Заседание состоялось на тему «Язык электронной экспериментальной музыки». В роли ведущего выступил Дмитрий Яворский, очень умный, интересный человек, кандидат философских наук, музыкант и преподаватель. В прошлом он вел у нас на одном из курсов историю философии. Гостем (назовем его так) заседания был волгоградский музыкант Алексей Березовой, считающий себя авангардистом. Собственно, целью заседания было определение принципов, на которых базируется авангардная музыка, а также определение ее места и роли в культуре, ее предназначения, выявление ее языка. Алексей придерживается простой теории относительно рождения авангардного музыкального произведения. Он свято верит в светлый гений творца, в теорию самоорганизации, в основополагающую роль случайности и спонтанности. По сути, это довольно смелая теория, если человек ее придерживающийся, считает себя музыкантом. Причем музыкантом творящим, сочинительствующим. Да еще в таком специфическом русле. Речь ведь шла даже не об импровизации в традиционном понимании. Имелось в виду спонтанное, произвольное создание целой концепции произведения, одновременно с рождением самого произведения. Как модно говорить, «в режиме реального времени». Однако я полагаю, нужно быть поистине гением, рождающимся раз в столетие, чтобы выполнить подобную задачу. Само по себе это не означает, что такой гений не мог родиться в Волгограде, и в силу определенных обстоятельств получить мирового признания. Прежде чем делать подобные выводы, нужно было услышать Алексея в действии, тем более обстановка предвещала и музыкальное сопровождение беседы: имелась аппаратура (колонки, усилители, рэковые приборы обработки и напольные педали эффектов) и две гитары.
Так вот, когда дело дошло до этого самого музыкального сопровождения, Алексей для начала заинтриговал всех, попросив у аудитории обувной шнурок. Получив искомое, он включил цепь эффектов (предположительно были задействованы фленжер, овердрайв, возможно какие-нибудь фильтры), продел шнурок между струн и принялся, так сказать, елозить шнурком по грифу, являя, таким образом, произведение искусства. После этого в дело пошли какие-то деревянные брусочки, коими Алексей самозабвенно лупил по струнам. При этом пассажи шнурком оказались записанными и автоматически воспроизводились в качестве фона к брусочкам. Словом, все в таком духе. Игры на инструменте как таковой практически не было замечено. Все свелось, если можно так выразиться к «игре» на возможностях звукоискажающей техники. Причем, откровенно говоря, сама-то идея даже недурна, просто уровень реализации оставляет желать лучшего. Выглядело все это решительным образом глупо. И можно было бы списать все на творческий поиск, мол, автор молодой, он экспериментирует, ищет свое звучание, пробует необычные формы и т.д. И тогда все встало бы на свои места, однако автор вел себя довольно пафосно и высокомерно, что никак не вяжется с образом человека ищущего, для коего одним из основных качеств должно являться критическое отношение к собственным действиям. Алексей считал свои экспромты на примочках полноценными законченными музыкальными произведениями. На вопрос «как сочиняются такие произведения» он ответил: «спонтанно, сейчас они рождались прямо у вас на глазах». У меня это утверждение, кроме улыбки, ничего не вызвало.
Затем началась полемика на пустом месте. Начали пытаться мудрствовать на тему влияния музыки на психическое состояние, приплели сюда модную в Интернете тему о т.н. «цифровых наркотиках» (причем здесь философия?), болтали много и не по делу. Нашлись даже люди, которым понравилось то, что делал Алексей. Каждому свое.
Под занавес один из присутствующих все-таки не стерпел и высказал, что все это полная хрень (только не открытым тестом, разумеется), что не звучит это как музыка, пусть даже авангардная. В целом же не то плохо, что подобные деятели существуют, а то, что они слишком хорошего о себе мнения. Именно так и рождается неосознанное шарлатанство и халтура, когда человек всерьез считает то, что он делает предметом искусства.
Я же, в общем-то, вынес для себя кое-какие идеи из этой встречи. В частности, касающиеся экспериментов с эффектами, так что тоже даром время не потратил.

Здесь можно почитать маленькую полемику, развернувшуюся на странице ИС в Контакте.

А ниже два рассказа Аркадия Аверченко на ту же самую тему)).

Ихневмоны

Редактор сказал мне:
- Сегодня открывается выставка картин неоноваторов, под маркой "Ихневмон". Отправляйтесь туда и напишите рецензию для нашей газеты.
Я покорно повернулся к дверям, а редактор крикнул мне вдогонку:
- Да! забыл сказать самое главное: постарайтесь похвалить этих ихневмонов... Неудобно, если газета плетется в хвосте новых течений и носит обидный облик отсталости и консерватизма.
Я приостановился.
- А если выставка скверная?
- Я вас потому и посылаю... именно вас, - подчеркнул редактор, - потому что вы человек добрый, с прекрасным, мягким и ровным характером... И найти в чем-либо хорошие стороны - для вас ничего не стоит. Не правда ли? Ступайте с Богом.
Когда я, раздевшись, вошел в первую выставочную комнату, то нерешительно поманил пальцем билетного контролера и спросил:
- А где же картины?
- Да вот они тут висят! - ткнул он пальцем на стены. - Все тут.
- Вот эти? Эти - картины?
Стараясь не встретиться со мной взглядом, билетный контролер опустил голову и прошептал:
- Да.
По пустынным залам бродили два посетителя с испуганными, встревоженными лицами.
- Эт-то... забавно. Интер-ресно, - говорили они, пугливо косясь на стены. - Как тебе нравится вот это, например?
- Что именно?
- Да вот там висит... Такое, четырехугольное.
- Там их несколько. На какую ты показываешь? Что на ней нарисовано?
- Да это вот... такое зеленое. Руки такие черные... вроде лошади.
- А! Это? Которое на мельницу похоже? Которое по каталогу называется "Абиссинская девушка"? Ну, что ж... Очень мило!
Один из них наклонился к уху другого и шепнул:
- А давай убежим!..
Я остался один.
Так как мне никто не мешал, я вынул записную книжку, сел на подоконник и стал писать рецензию, стараясь при этом использовать лучшие стороны своего характера и оправдать доверие нашего передового редактора.
- "Открылась выставка "Ихневмон", - писал я. - Нужно отдать справедливость - среди выставленных картин попадается целый ряд интересных удивительных вещей...
Обращает на себя внимание любопытная картина Стулова "Весенний листопад". Очень милы голубые квадратики, которыми покрыта нижняя половина картины... Художнику, очевидно, пришлось потратить много времени и труда, чтобы нарисовать такую уйму красивых голубых квадратиков... Приятное впечатление также производит верхняя часть картины, искусно прочерченная тремя толстыми черными линиями... Прямо не верится, чтобы художник сделал их от руки! Очень смело задумано красное пятно сбоку картины. Удивляешься – как это художнику удалось сделать такое большое красное пятно.
Целый ряд этюдов Булюбеева, находящихся на этой же выставке, показывает в художнике талантливого, трудолюбивого мастера. Все этюды раскрашены в приятные темные тона, и мы с удовольствием отмечаем, что нет ни одного этюда, который был бы одинакового цвета с другим... Все вещи Булюбеева покрыты такими чудесно нарисованными желтыми волнообразными линиями, что просто глаз не хочется отвести. Некоторые этюды носят удачные, очень гармоничные названия: "Крики тела", "Почему", "Который", "Дуют".
Сильное впечатление производит трагическая картина Бурдиса "Легковой извозчик". Картина воспроизводит редкий момент в жизни легковых извозчиков, когда одного из них пьяные шутники вымазали в синюю краску, выкололи один глаз и укоротили ногу настолько, что несчастная жертва дикой шутки стоит у саней, совершенно покосившись набок... Когда же прекратятся наконец издевательства сытых, богатых самодуров-пассажиров над бедными затравленными извозчиками! Приятно отметить, что вышеназванная картина будит в зрителе хорошие гуманные чувства и вызывает отвращение к насилию над слабейшими..." Написав все это, я перешел в следующую комнату.
Там висели такие странные, невиданные мною вещи, что если бы они не были заключены в рамы, я бился бы об заклад, что на стенах развешаны отслужившие свою службу приказчичьи передники из мясной лавки и географические карты еще не исследованных африканских озер...
Я сел на подоконник и задумался.
Мне вовсе не хотелось обижать авторов этих заключенных в рамы вещей, тем более что их коллег я уже расхвалил с присущей мне чуткостью и тактом. Не хотелось мне и обойти их обидным молчанием.
После некоторого колебания я написал:
"Отрадное впечатление производят оригинальные произведения гг. Моавитова и Колыбянского... Все, что ни пишут эти два интересных художника, написано большей частью кармином по прекрасному серому полотну, что, конечно, стоит недешево и лишний раз доказывает, что истинный художник не жалеет для искусства ничего.
Помещение, в котором висят эти картины, теплое, светлое и превосходно вентилируется. Желаем этим лицам дальнейшего процветания на трудном поприще живописи!"
Просмотрев всю рецензию, я остался очень доволен ею. Всюду в ней присутствовала деликатность и теплое отношение к несчастным, обиженным судьбою и Богом людям, нигде не проглядывали мои истинные чувства и искреннее мнение о картинах - все было мягко и осторожно.
Когда я уходил, билетный контролер с тоской посмотрел на меня и печально спросил:
- Уходите? Погуляли бы еще. Эх, господин! Если бы вы знали, как тут тяжело...
- Тяжело? - удивился я. - Почему?
- Нешто ж у нас нет совести или что?! Нешто ж мы можем в глаза смотреть тем, кто сюда приходит? Срамота, да и только... Обрываешь у человека билет, а сам думаешь: и как же ты будешь сейчас меня костить, мил-человек?! И не виноват я, и сам я лицо подневольное, а все на сердце нехорошо... Нешто ж мы не понимаем сами - картина это или што? Обратите ваше внимание, господин... Картина это? Картина?! Разве такое на стенку вешается? Чтоб ты лопнула, проклятая!..
Огорченный контролер размахнулся и ударил ладонью по картине. Она затрещала, покачнулась и с глухим стуком упала на пол.
- А, чтоб вы все попадали, анафемы! Только ладонь из-за тебя краской измазал.
- Вы не так ее вешаете, - сказал я, следя за билетеровыми попытками снова повесить картину. - Раньше этот розовый кружочек был вверху, а теперь он внизу.
Билетер махнул рукой:
- А не все ли равно! Мы их все-то развешивали так, как Бог на душу положит... Багетщик тут у меня был знакомый - багеты им делал, - так приходил, плакался: что я, говорит, с рамами сделаю? Где кольца прилажу, ежели мне неизвестно, где верх, где низ? Уж добрые люди нашлись, присоветовали: делай, говорят, кольца с четырех боков - после разберут!.. Гм... Да где уж тут разобрать!
Я вздохнул:
- До свиданья, голубчик.
- Прощайте, господин. Не поминайте лихом - нету здесь нашей вины ни в чем!..
- Вы серьезно писали эту рецензию? - спросил меня редактор, прочтя исписанные листки.
- Конечно. Все, что я мог написать.
- Какой вздор! Разве так можно трактовать произведения искусства? Будто вы о крашеных полах пишете или о новом рисуночке ситца в мануфактурном магазине... Разве можно, говоря о картине, указать на какой-то кармин и потом сразу начать расхваливать вентиляцию и отопление той комнаты, где висит картина... Разве можно бессмысленно, бесцельно восхищаться какими-то голубыми квадратиками, не указывая - что это за квадратики? Для какой они цели? Нельзя так, голубчик!.. Придется послать кого-нибудь другого.
При нашем разговоре с редактором присутствовал неизвестный молодой человек, с цилиндром на коленях и громадной хризантемой в петлице сюртука. Кажется, он принес стихи.
- Это по поводу выставки "Ихневмона"? - спросил он. - Это трудно - написать о выставке "Ихневмона". Я могу написать о выставке "Ихневмона".
- Пожалуйста! - криво улыбнулся я. - Поезжайте. Вот вам редакционный билет.
- Да мне и не нужно никакого билета. Я тут у вас сейчас и напишу. Дайте-ка мне вашу рецензию... Она, правда, никуда не годится, но в ней есть одно высокое качество - перечислено несколько имен. Это то, что мне нужно. Благодарю вас.
Он сел за стол и стал писать быстро-быстро.
- Ну вот, готово. Слушайте: "Выставка "Ихневмон". В ироническом городе давно уже молятся только старушечья привычка да художественное суеверие, которое жмурится за версту от пропасти. Стулов, со свойственной ему дерзостью большого таланта, подошел к головокружительной бездне возможностей и заглянул в нее. Что такое его хитро-манерный, ускользающе-дающийся, жуткий своей примитивностью "Весенний листопад"? Стулов ушел от Гогена, но его не манит и Зулоага. Ему больше по сердцу мягкий серебристый Манэ, но он не служит и ему литургии. Стулов одиноко говорит свое тихое, полузабытое слово: жизнь.
Заинтересовывает Булюбеев... Он всегда берет высокую ноту, всегда остро подходит к заданию, но в этой остроте есть своя бархатистость, и краски его, погашенные размеренностью общего темпа, становятся приемлемыми и милыми. В Булюбееве не чувствуется тех изысканных и несколько тревожных ассонансов, к которым в последнее время нередко прибегают нервные порывистые Моавитов и Колыбянский. Моавитов, правда, еще притаился, еще выжидает, но Колыбянский уже хочет развернуться, он уже пугает возможностью возрождения культа Биллитис, в ее первоначальном цветении. Примитивный по синему пятну "Легковой извозчик" тем не менее показывает в Бурдисе творца, проникающего в городскую околдованность и шепчущего ей свою напевную, одному ему известную, прозрачную, без намеков сказку..."
Молодой человек прочел вслух свою рецензию и скромно сказал:
- Видите... Здесь ничего нет особенного. Нужно только уметь.
Редактор, уткнувшись в бумагу, писал для молодого господина записку на аванс.
Я попрощался с ними обоими и устало сказал:
- От Гогена мы ушли и к Зулоаге не пристали... Прощайте! Кланяйтесь от меня притаившемуся Моавитову, пожмите руку Бурдису и поцелуйте легкового извозчика, шепчущего прозрачную сказку городской околдованности. И передайте Булюбееву, что, если он будет менее остро подходить к бархатистому заданию - для него и для его престарелых родителей будет лучше.
Редактор вздохнул. Молодой господин вздохнул, молча общипывая хризантему на своей узкой провалившейся груди...

Крыса на подносе

— Хотите пойти на выставку нового искусства? — сказали мне.
— Хочу, — сказал я. Пошли.

I
— Это вот и есть выставка нового искусства? — спросил я.
— Эта самая.
— Хорошая.
Услышав это слово, два молодых человека, долговязых, с прекрасной розовой сыпью на лице и изящными деревянными ложками в петлицах, подошли ко мне и жадно спросили:
— Серьезно, вам наша выставка нравится?
— Сказать вам откровенно?
— Да!
— Я в восторге.
Тут же я испытал невыразимо приятное ощущение прикосновения двух потных рук к моей руке и глубоко волнующее чувство от созерцания небольшого куска рогожи, на котором была нарисована пятиногая голубая свинья.
— Ваша свинья? — осведомился я.
— Моего товарища. Нравится?
— Чрезвычайно. В особенности эта пятая нога. Она придает животному такой мужественный вид. А где глаз?
— Глаза нет.
— И верно. На кой черт действительно свинье глаз? Пятая нога есть — и довольно. Не правда ли?
Молодые люди, с чудесного тона розовой сыпью на лбу и щеках, недоверчиво поглядели на мое простодушное лицо, сразу же успокоились, и один из них спросил:
— Может, купите?
— Свинью? С удовольствием. Сколько стоит?
— Пятьдесят...
Было видно, что дальнейшее слово поставило левого молодого человека в затруднение, ибо он сам не знал, чего пятьдесят: рублей или копеек? Однако, заглянув еще раз в мое благожелательное лицо, улыбнулся и смело сказал:
— Пятьдесят ко... рублей. Даже, вернее, шестьдесят рублей.
— Недорого. Я думаю, если повесить в гостиной, в простенке, будет очень недурно.
— Серьезно, хотите повесить в гостиной? — удивился правый молодой человек.
— Да ведь картина же. Как же ее не повесить!
— Положим, верно. Действительно картина. А хотите видеть мою картину "Сумерки насущного"?
— Хочу.
— Пожалуйте. Она вот здесь висит. Видите ли, картина моего товарища "Свинья как таковая" написана в старой манере, красками; а я, видите ли, красок не признаю; краски связывают.
— Еще как, — подхватил я. — Ничто так не связывает человека, как краски. Никакого от них толку, а связывают. Я знал одного человека, которого краски так связали, что он должен был в другой город переехать...
— То есть как?
— Да очень просто. Мильдяевым его звали. Где же ваша картина?
— А вот висит. Оригинально, не правда ли?

II
Нужно отдать справедливость юному маэстро с розовой сыпью — красок он избегнул самым положительным образом: на стене висел металлический черный поднос, посредине которого была прикреплена каким-то клейким веществом небольшая дохлая крыса. По бокам ее меланхолически красовались две конфетные бумажки и четыре обгорелые спички, расположенные очень приятного вида зигзагом.
— Чудесное произведение, — похвалил я, полюбовавшись в кулак. — Сколько в этом настроения!.. "Сумерки насущного"... Да-а... Не скажи вы мне, как называется ваша картина, я бы сам догадался: э, мол, знаю! Это не что иное, как "Сумерки насущного"! Крысу сами поймали?
— Сам.
— Чудесное животное. Жаль, что дохлое. Можно погладить?
— Пожалуйста.
Я со вздохом погладил мертвое животное и заметил:
— А как жаль, что подобное произведение непрочно... Какой-нибудь там Веласкес или Рембрандт живет сотни лет, а этот шедевр в два-три дня, гляди, и испортится.
— Да, — согласился художник, заботливо поглядывая на крысу. — Она уже, кажется, разлагается. А всего только два дня и провисела. Не купите ли?
— Да уж и не знаю, — нерешительно взглянул я на левого. — Куда бы ее повесить? В столовую, что ли?
— Вешайте в столовую, — согласился художник. — Вроде этакого натюрморта.
— А что, если крысу освежать каждые два-три дня? Эту выбрасывать, а новую ловить и вешать на поднос?
— Не хотелось бы, — поморщился художник. — Это нарушает самоопределение артиста. Ну, да что с вами делать! Значит, покупаете?
— Куплю. Сколько хотите?
— Да что же с вас взять? Четыреста... — Он вздрогнул, опасливо поглядел на меня и со вздохом докончил: — Четыреста... копеек.
— Возьму. А теперь мне хотелось бы приобрести что-нибудь попрочнее. Что-нибудь этакое... неорганическое.
— "Американец в Москве" — не возьмете ли? Моя работа.
Он потащил меня к какой-то доске, на которой были набиты три жестяные трубки, коробка от консервов, ножницы и осколок зеркала.
— Вот скульптурная группа: "Американец в Москве". По-моему, эта вещица мне удалась.
— А еще бы! Вещь, около которой можно за-ржать от восторга. Действительно, эти приезжающие в Москву американцы, они тово... Однако вы не без темперамента... Изобразить американца вроде трех трубочек...
— Нет, трубочки — это Москва! Американца, собственно, нет; но есть, так сказать, следы его пребывания...
— Ах, вот что. Тонкая вещь. Масса воздуха. Колоритная штукенция. Почем?
— Семьсот. Это вам для кабинета подойдет.
— Семьсот... Чего?
— Ну, этих самых, не важно. Лишь бы наличными.

III
Я так был тронут участием и доброжелательным ко мне отношением двух экспансивных, экзальтированных молодых людей, что мне захотелось хоть чем-нибудь отблагодарить их.
— Господа! Мне бы хотелось принять вас у себя и почествовать как представителей нового чудесного искусства, открывающего нам, опустившимся, обрюзгшим, необозримые светлые дали, которые...
— Пойдемте, — согласились оба молодых человека с ложками в петлицах и миловидной розовой сыпью на лицах. — Мы с удовольствием. Нас уже давно не чествовали.
— Что вы говорите! Ну и народ пошел. Нет, я не такой. Я обнажаю перед вами свою бедную мыслями голову, склоняю ее перед вами и звонко, прямо, открыто говорю: "Добро пожаловать!"
— Я с вами на извозчике поеду, — попросился левый. — А то, знаете, мелких что-то нет.
— Пожалуйста! Так, с ложечкой в петлице и поедете?
— Конечно. Пусть ожиревшие филистеры и гнилые ипохондрики смеются — мы выявляем себя, как находим нужным.
— Очень просто, — согласился я. — Всякий живет как хочет. Вот и я, например. У меня вам кое-что покажется немного оригинальным, да ведь вы же не из этих самых... филистеров и буржуев!
— О, нет. Оригинальностью нас не удивишь.
— То-то и оно.

IV
Приехали ко мне. У меня уже кое-кто: человек десять — двенадцать моих друзей, приехавших познакомиться поближе с провозвестниками нового искусства.
— Знакомьтесь, господа. Это все народ старозаветный, закоренелый, вы с ними особенно не считайтесь, а что касается вас, молодых, гибких пионеров, то я попросил бы вас подчиниться моим домашним правилам и уставам. Раздевайтесь, пожалуйста.
— Да мы уж пальто сняли.
— Нет, чего там пальто. Вы совсем раздевайтесь.
Молодые люди робко переглянулись:
— А зачем же?
— Чествовать вас будем.
— Так можно ведь так... не раздеваясь.
— Вот оригиналы-то! Как же так, не раздеваясь, можно вымазать ваше тело малиновым вареньем?
— Почему же... вареньем? Зачем?
— Да уж так у меня полагается. У каждого, как говорится, свое. Вы бросите на поднос дохлую крысу, пару карамельных бумажек и говорите: это картина. Хорошо! Я согласен! Это картина. Я у вас даже купил ее. "Американца в Москве" тоже купил. Это ваш способ. А у меня свой способ чествовать молодые, многообещающие таланты: я обмазываю их малиновым вареньем, посыпаю конфетти и, наклеив на щеки два куска бумаги от мух, усаживаю чествуемых на почетное место. Есть вы будете особый салат, приготовленный из кусочков обоев, изрубленных зубных щеток и теплого вазелина. Не правда ли, оригинально? Запивать будете свинцовой примочкой. Итак, будьте добры, разденьтесь. Эй, люди! Приготовлено ли варенье и конфетти?
— Да нет! Мы не хотим... Вы не имеете права...
— Почему?!
— Да что же это за бессмыслица такая: взять живого человека, обмазать малиновым вареньем, обсыпать конфетти! Да еще накормить обоями с вазелином... Разве можно так? Мы не хотим. Мы думали, что вы нас просто кормить будете, а вы... мажете. Зубные щетки рубленые даете... Это даже похоже на издевательство!.. Так нельзя. Мы жаловаться будем.
— Как жаловаться? — яростно заревел я. — Как жаловаться? А я жаловался кому-нибудь, когда вы мне продавали пятиногих синих свиней и кусочки жести на деревянной доске? Я отказывался?! Вы говорили: мы самоопределяемся. Хорошо! Самоопределяйтесь. Вы мне говорили — я вас слушал. Теперь моя очередь... Что?! Нет уж, знаете... Я поступал по-вашему, я хотел понять вас — теперь понимайте и вы меня. Эй, люди! Разденьте их! Мажь их, у кого там варенье. Держите голову им, а я буду накладывать в рот салат... Стой, брат, не вырвешься. Я тебе покажу сумерки насущного! Вы самоопределяетесь — я тоже хочу самоопределиться...

V
Молодые люди стояли рядышком передо мной на коленях, усердно кланялись мне в ноги и, плача, говорили:
— Дяденька, простите нас. Ей-богу, мы больше никогда не будем.
— Чего не будете?
— Этого... делать... Таких картин делать...
— А зачем делали?
— Да мы, дяденька, просто думали: публика глупая, хотели шум сделать, разговоры вызвать.
— А зачем ты вот, тот, левый, зачем крысу на поднос повесил?
— Хотел как чуднее сделать.
— Ты так глуп, что у тебя на что-нибудь особенное, интересное даже фантазии не хватило. Ведь ты глуп, братец?
— Глуп, дяденька. Известно, откуда у нас ум?!
— Отпустите нас, дяденька. Мы к маме пойдем.
— Ну ладно. Целуйте мне руку и извиняйтесь.
— Зачем же руку целовать?
— Раздену и вареньем вымажу! Ну?!
— Вася, целуй ты первый... А потом я.
— Ну, бог с вами... Ступайте.

VI
Провозвестники будущего искусства встали с колен, отряхнули брюки, вынули из петлиц ложки и, сунув их в карман, робко, гуськом вышли в переднюю.
В передней, натягивая пальто, испуганно шептались:
— Влетели в историю! А я сначала думал, что он такой же дурак, как и другие.
— Нет, с мозгами парень. Я было испугался, когда он на меня надвигаться стал. Вдруг, думаю, подносом по голове хватит!
— Слава Богу, дешево отделались.
— Это его твоя крыса разозлила. Придумал ты действительно: дохлую крысу на поднос повесил!
— Ну, ничего. Уж хоть ты на меня не кричи. Я крысу выброшу, а на пустое место стеариновый огарок на носке башмака приклею. Оно и прочнее. Пойдем, Вася, пойдем, пока не догнали.
Ушли, объятые страхом...

Предыдущие два дня были богаты на события. Для начала решили мы с женой, что ошиваться постоянно только дома - глупо и бессмысленно. А посему надлежит сходить, например, в ЦКЗ. Например, на концерт ВАСО (Волгоградский академический Симфонический оркестр). Надо сказать, нам крупно повезло, поскольку ВАСО выступал совместно с двумя легендарными заслуженными артистами РФ, Михаилом Аркадьевым и Даниилом Крамером. Аркадьев, помимо того, что периодически склонялся к роялю, еще и дирижировал.
Основная тема концерта - Моцарт и джазовые вариации на тему. На подобном мероприятии мы с Оксаной были впервые. Впрочем, у меня есть смутное чувство, что все-таки когда-то давно, в детстве, я бывал на некоем подобном концерте, но, если это и имело место быть, то, естественно, в силу возраста не было оценено по достоинству. Не могу, впрочем, похвастаться, что абсолютно все было оценено по достоинству сейчас. Как ни крути, я еще очень далек от классической музыки, и в основном она навевает на меня тоску. Кстати, на мастер классе Крамера, состоявшемся днем позже, маэстро объяснил причины подобного восприятия классики, но об этом в свое время.
В целом концерт прошел весьма достойно (насколько я могу судить), за исключением редкой лажи, доносившейся из района духовой секции. Это не камень ни в чей огород - в конце концов, все музыканты всегда понемногу лажают - тот же Крамер на местер-классе лажал. Если специально не выделять для себя звучание валторны во время концерта, то никакой лажи и не было слышно.

О Михаиле Аркадьеве:
arkadiev.ru/bio/bio.html

Аркадьев очень любопытный дядька, харизматичный, пафосный. Дирижировал он очень забавно. Нет, разумеется, он не выглядел смешным, просто нам с Оксаной непривычно было видеть подобную манеру поведения живьем, но тем и интересней. Аркадьев обладает интересной манерой игры на фортепиано - играет, мягко, непринужденно, воздушно. Музыка звучит очень легко и плавно, словно переливается. Тем интересней было слушать их музыкальную дуэль с Крамером, который играет в противоположной манере - очень жестко, агрессивно, напористо. Кроме всего прочего, Крамер проявляет свою горячую вовлеченность в то, что он делает полупением-полубормотанием проигрываемых нот, а также постоянно выстукивает ногой ритм. Юрка говорил, что часто Крамер любит выскочить из-за рояля и начать носиться вокруг него, барабаня по крышке ладонями. Делает он все это с большой силой и, по его собственному признанию, с удовольствием, да так, что во время игры бедный рояль просто дрожал в самом прямом смысле. не знаю, как Оксане, мне же больше всего понравились джазовые вариации на тему Моцарта (кто бы сомневался).

Итак, концерт в ЦКЗ оказался весьма хорош, тем более, что в первый раз. Конферансье объявила, что на следующий день в Серебрякове состоится мастер-класс Крамера. Такое событие было бы глупо пропустить и я непременно решил наведаться. С утра съездил за зарплатой, получил оную в 9:45 и поспешил к Серебряковке, мастер класс начинался в 10:00. И действительно, это было стоящее мероприятие.
Говорил Крамер о том основополагающем, на чем зиждется любая музыка - о ритме. Тема сия для меня особенно актуальна, т.к. до сих пор мне были неясны некоторые аспекты музыкального ритма - как сугубо технические, так и почти философские. Речь вначале пошла о джазовом ритме, который, как известно характеризуется смещением какой-либо из долей, в первую очередь - четвертой. Однако можно и чередовать в произвольном порядке смещаемую долю, смещать ее на различные промежутки времени, но соблюдая при этом четкость и общие рамки заданного ритма. Далее было наглядно продемонстрировано это смещение, которое Крамер сравнил с калейдоскопом. Необязательно, чтобы в калейдоскопе вращались все стекла, достаточно смещения одного маленького стеклышка - и картинка поменяется. А если это происходит постоянно, то и возникает эффект некой загадочности, совсем как в джазе. Здесь Крамер перешел на тему, почему многие не могут адекватно воспринять классическую музыку, находя ее скучной. И дело здесь не обязательно в отсутствии музыкального вкуса, а в отсутствии ощущения драйва. Классическая музыка, говорил Крамер, также может и должна быть драйвовой, как джазовая. Правда, драйв этот особенный, специфический, понимаемый иначе, нежели привычным нам образом, но он должен быть. Точнее, он и так есть, но немногие могут его почувствовать, да и немногие музыканты могут его должным образом донести. В джазе проще - там ритм - изначально неотъемлемая, подчеркнутая составляющая любого произведения. Основой джазового ритма являются три аспекта - бит, драйв и свинг. Бит - это не просто удар, это акцентированный удар, это единица пульса. Драйв - это энергичность, чувственность исполнения, напористость. Свинг - это единство драйва и бита. Вообще, по сути это рисунок, при котором первая из каждой пары играемых нот продлевается, а вторая сокращается. Однако именно взаимозависимость драйва и бита, наложенная на свинговый ритм и рождает то уникальное джазовое звучание. Благодаря этим трем компонентам достигается специфический пульсирующий (всегда по разному, из такта в такт, но всегда логичный), переливающийся как калейдоскоп ритм. Он очень хорошо ощущается, хотя его далеко не так просто осмыслить рационально. В этом отношении классическим музыкантам всегда есть чему поучиться у джазовых, ибо в классической музыке также можно определенным образом выделять доли, нестандартным образом расставлять акценты, чтобы произведение звучало свежо, интересно, "драйвово". Также при этом подчеркивается индивидуальность исполнителя, что также очень важно. разумеется, подобные навыки приходят не сразу, на это требуются годы упорной работы и самосовершенствования - как технического, так и интеллектуального.
Беда же в том, что часто преподаватель пытается вбить в голову ученика собственную манеру игры, а это фактически убивает индивидуальность последнего. Разумеется, куда проще сделать собственный клон, чем совершенно непохожего на себя музыканта.
Говоря о способах формирования чувства ритма, Крамер порекомендовал следующее упражнение - играя четырехдольный тактовый квадрат, акцентировать четные доли, однако в голове, для себя выделять нечетные. Это чертовски сложно, сказал он, но если научиться этому, многие проблемы будут решены. Вообще важно добиться разделения мозга на две половины, одна из готорых будет четко "качать" ритм, а другая вести любую, хоть самую навороченную импровизацию.
О страхе. Страх перед выходом на сцену сопровождается переводом мозга из режим бессознательного осуществления механизмов действия в сознательное управление. Как известно, в штатной ситуации человек, не задумываясь совершает те или иные действия. Но как только попадает в критическую ситуацию, то, как бы "на всякий случай", пытается четко осмыслить и проконтролировать каждое свое действие - во избежание ошибок. В итоге эффект достигается прямо противоположный. Крамер рассказал о сотрудничестве с опытной певицей (вроде бы), за плечами которой были сотни концертов, она была любима и уважаема публикой, однако каждый раз перед выходом на сцену ее охватывал неописуемый ужас, и ей требовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки и успокоиться. После чего все проходило гладко, естественно и превосходно. Это говорит о том, что не всегда опыт и практика могут устранить эту психологическую проблему. Однако в большинстве случаев - это единственная панацея.
Но как же все-таки быть в начале творческого пути, когда из-за страха возникают ошибки, порой очень критические? Разумеется, прежде чем исполнять со сцены произведение, его нужно досконально выучить. Но выучить не просто механически, а выделить в нем некие отправные точки - на свое усмотрение. Такие точки могут располагаться в каждом такте, а могут встретиться два-три раза за все произведение. Суть в том, чтобы психологически начинать играть от каждой такой точки как бы сначала, как будто это начало произведения. При этом необходимо добиться такого исполнения, чтобы слушатель не рассмотрел в этом прерывистости, чтобы произведение звучало цельно и гармонично. Плюс такого исполнения в том, что, если ты и ошибся, что должен моментально сообразить, в каком месте композиции ты находишься и продолжить играть. Если взята не та нота, необходимо быстро, но плавно и логично вернутся к исходной тональности. Крамер сыграл одну мелодию и спросил зал, на какую ноту ему ошибиться. Услышав "фа-диез", он во время повторного исполнения мелодии "случайно" соскочил на этот фа-диез, однако тут же обыграл это так, что фа-диез этот, хоть и выпадал из тональности, но прозвучал как пикантная джазовая обыгровка. Правда, тут же Крамер оговорился, что сейчас ему было проще - он знал, в какую сторону он ошибется, а вот на концерте никогда этого не знаешь, посему нужно всегда быть во всеоружии. Это напомнило мне о необходимости досконально изучать гаммы. Сам Крамер иногда на конкурсах сознательно подходит к своим ученикам во время исполнения ими произведения, и толкает их легонько под руку - чтобы они сбились, но при этом тут же сориентировались и продолжили играть как ни в чем не бывало.
Музыка - это полет фантазии, важно не пытаться ее канонизировать. "Лейтмотивом всей моей музыкальной деятельности, - сказал Крамер - послужила фраза Моцарта о том, что музыка должна приносить удовольствие, все просто". сам Моцарт всю жизнь ломал каноны и стереотипы, а сегодня в музыкальных учебных заведениях объясняют, как ПРАВИЛЬНО играть Моцарта. "Моцарт ломал каноны, а мы его канонизировали. Интересно, как бы он сам к этому отнесся?". Музыка - полет фантазии не только для исполнителя, но и для слушателя. Крамер сыграл один из джазовых стандартов, добавляя к некоторым нотам форшлаги 32-ми нотами. "Заметье, - сказал он - я оттеняю таки образом не каждую ноту, а лишь некоторые, но вам кажется, будто оттеняется каждая нота. Это происходит оттого, чтобы домысливаете остальные форшлаги, вы их как бы слышите, хотя они звучат исключительно у вас в голове. Это и добавляет пикантности и прелести в исполнение". Если же, играя, оттенить каждую ноту подобным образом, получится скучно. Парадокс, основанный лишь на особенностях человеческого восприятия.
Можно много чего еще написать по поводу увиденного мастер-класса. Главное, что мне стали ясны некоторые аспекты музыкальной ритмики, причем словами сложно выразить, что я понял, однако я действительно понял. Осталось только начать с умом применять полученные знания. Побольше бы подобных уроков...

Вчера наконец-то приехал из Москвы мой долгожданный ZVex Box of Rock. Вот он:
Звук очень понравился. Был бы лучше, если бы ламповый преамп, да гитарку посолидней, но пока и на этом спасибо! На очереди фузз, хорус, октаверфузз, тремоло. Программа-минимум, так сказать... Неплохо бы Тюбмэном обзавестись, но об этом пока рано говорить.

Продолжаются поиски басиста для моего второго проекта. С Пашей мы постепенно сыгрываемся, он реально делает успехи, причем достаточно быстро. Главное, чтобы не останавливался. Роль вокалиста пока решено было переложить на меня, ибо Оксана все еще лечится, а стоять на месте не в кайф, посему придется мне подружить гитару и микрофон. Вот только бы басиста найти. Одного прослушивали (Боря) - он реально неплох, и Варвик у него клёвый, и вроде как мы ему более-менее приглянулись. Но он, сцуко, учится, вкалывает на двух работах... Когда он планирует выбирать время для музла - не вполне понятно. Был еще второй вариант, чувак из Волжского, но с ним, судя по всему, каши не сварить. Он, в принципе, неплохой, интересный чел в плане общения, да и на басу играет нормально (похуже, чем Колян и Борис, но нормально), однако мы его, видимо, не устроили, он сказал, что в ближайшее время занят (примерно на месяц). Думается, это означает, что просто не хочет. Ну да ладно.

Присмотрел себе возможный вариант инструмента. Скорей всего, это будет японская реплика Gibson Les Paul (R.I.P., кстати) фирмы Greco:

Стоит этот монстр немного - в пределах 19000-22000. Покопался на ютубе, нашел ролик, сравнивающий Лес Пол выпуска 1976 (кажется) и Греко 1978. Разница минимальна, как по звуку, так, судя по всему, и по ощущениям. До НГ буду бабло копить, а после один, или с г-ном Коноводовым поеду в славную первопрестольную инструменты покупать (он тож гитару желает).

На работе пока без перемен, кроме того, что задерживают зарплату. Надеюсь, ненадолго. Пока нет гостей, рублюсь в GTA San Andreas и читаю Кэндзабуро Оэ - Футбол 1860 года. До этого читал Опоздавшую Молодежь (его же). Молодежь больше по духу пришлась, т.к. драма в ней описанная до недавнего времени была близка и мне. Чувство собственной несостоятельности, потерянности. Опасение, что я тоже "опоздал". Сейчас все это практически сошло на нет, какие-то незначительные остатки...

По настоянию Оксаны прочитал "Историю Глаза" Батая. Честно говоря, не знаю, как относиться... Да и не стоит судить о писателе, прочитав только одно его произведение. Но думаю, что это просто не моё. Любая литература относительна, любая мудрость относительна, да и глупость тоже. Во всяком случае философом Батая я бы не назвал. Хорошим публицистом - возможно. У меня свое понимание того, что такое философия, каковы ее критерии и т.д., Батай под них не подпадает. Возможно и стоило бы с его трудами ознакомиться более детально... Но желания не возникло, а всех книг все равно не перечитаешь, так что как-нибудь проживу. Не в обиду Паше, разумееется))

Сейчас экспериментирую с т.н. аудионаркотиками. Это такая звуковая шняга, которую необходимо слушать в наушниках - и, якобы, вштырит. скептически я ко всем этим делам отношусь, но любопытство берет верх даже над скепсисом. Сейчас вот слушаю и мечтаю, чтобы снизошло творческое настроение. Желаем мне удачи!))

Жизнь движется. Начинаю собирать новую группу - с одной стороны для подстраховки, а с другой, хочется поиграть в несколько ином жанре. Ориентироваться будем на таких грантов (и не очень) как Primus, Snot, Puya, Pink Floyd и техасский блюз-рок. Словом, опять эксперименты и творческий поиск себя... Посмотрим, во что это выльется. И очень уж в Питер охота.

Работа кипит... Вчера вечером пришли две дамы "под шофе". В зюзю, иначе говоря. Решили догнаться, а заодно и попеть. Купили две бутылки шампанского и стали заказы на караоке делать. Сидели они с 19:00 почти до 00:00. Репертуар их был ограничен, они гоняли туда-сюда пять или шесть песен. И хрен бы и ними, если бы петь умели, а то ж выли как сучки на мороз. Одной было где-то за 30, вторая, значительно более старшая, выполняла роль "мудрого" педагога по вокалу. В общем-то, "пела" большей частью только первая: она верещала, стонала, орала и причудливо корчилась (как будто ее скосоёбил мощнейший радикулит и заворот кишок), изображая драматических героинь вещаемых песен. Вторая без устали орала первой, чтобы та не уходила вверх, а то, мол, голос сорвешь [было б чё срывать], и вообще всячески наставляла подругу на подлинный путь вокального мастерства. Надо ли говорить, что о вокальном мастерстве и вообще о теории музыки, эта мудрешая дама имела весьма отдаленные и весьма извращенные представления. 30-тилетняя горланила песню Виагры "Цветок и Нож", выглядело все это примерно так:
- "...Чтооо ты выберешь сейчаааааас, станешь ли моиииим на целый час..."
- Не уходи вверх, после этого места давай вниз!
- "...или убьёооооооооооооошь молчааааньееем...?"
- Стоп! Здесь мягко, не задирай тембр(!), пой своим обычным голосом...
- "...Ты так хооотел побед, так забирай свой прииииз!.."
- Ну что ж ты делаешь, у тебя есть свой хороший, поставленный(!!) второй(!!!) голос, используй его!
- "...И ты поймёоооошь... цветок и нооооож..."

После песни старушка-педагог давала ценные наставления:
- Это очень сложная песня, а ты хочешь сразу ее освоить, ты что, там же ВОСЕМЬ ОКТАВ!!!!!! Ты слишком надрываешь свой тембр, не уходи вверх, резко вниз, и всё! Давай еще раз.
И всё по-новой: заумные вокальные пассажи самки, зазывающей кобеля на случку под бдительным контролем подруги-профессионала. И чем хуже она пела, тем старушка оказывалась более довольна результатом. Советы "бери ниже" возымели действие: молодуха стала хрипеть утробным воем.
Дальше круче, они стали ронять микрофоны на пол, разливать на стол шампанское и произносить какие-то нелепые вещи. Не обошлось и без "интимных" сцен: певица, видимо чересчур войдя в образ сладострастных див из "Виагры", во время исполнения задрала юбку и принялась поправлять трусы, продолжая корчиться и орать. Я в очередной раз съехал под пульт...
Апогеем творческого вечера стало следующее: зазвучала в очередной раз вышеупомянутая песня, и мадам, вместо того, чтобы приставить микрофон к губам и затянуть привчную волынку, прислонила его к уху, постояла с сосредоточенным видом и принялась возмущаться, что ей не слышно. Я сначала не понял, чего ей не слышно, но после того, как она подошла ко мне, постучала по микрофону, прислонила его вновь к уху, внимательно прислушиваясь и спросила: "молодой человек, не слышу ничего, не играет..." - у меня вовсе чуть истерика не случилась. Рядом стоявшая официантка фыркнула и посоветовала ей не слушать микрофон, а петь в него. Та не догнала. Тогда официантка отвела микрофон от уха ко рту и сказала: "Пойте". Та на автомате запела, даже не сообразив, какую херню она только что сморозила.
В конце концов, они свалили и я вздохнул с облегчением. Такие забавные казусы иногда случаются. Рекомендую зайти в контакте в группу "Почему я ненавижу караоке" - http://vkontakte.ru/club2791678 и послушать некоторые аудиозаписи, озаглавленные "так петь не надо". Это подлинные записи из волгоградских караоке-клубов. Настоящее шоу уродов.
Слава богу, иногда приходят люди, которые поют очень круто, с которыми приятно работать, и которые ценят мой труд. У меня уже есть несколько постоянных клиентов, которые довольны моим звуком, с которыми можно мило пообщаться. Некоторые дают чаевые,  один товарищ даже подарил... бутылку водки)) Дорогущую между прочим - 500 р. бутылка. Водку я вернул в бар, ибо не пью, но все равно приятно)))

Я-таки устроился на работу, за что огромное спасибо Юрке Карнакову! и за работу и за звукорежиссерский ликбез. Работа звукачом в караоке-клубе "L***". Работа для меня явно полезная в плане опыта и навыков для более серьезной звукорежиссерской деятельности, однако не без минусов. Или минусОв?..)) Главный минус - это сама публика. Хотя мне еще не попадались совершенные отморозки, но по словам тамошних аборигенов, они иногда могут почтить своим присутствием. Смешно слушать всяких лажальщиков, особенно, если человек при этом думает, что он-таки круто поет! Правда, как я успел заметить, многие такие псевдопевцы стараются приходить пораньше и уходить пораньше. Видимо, чтобы совсем не опозориться перед уважаемой публикой. На днях было две интересных ситуации (пока для меня интересных, впоследствии они станут обыденными). Пришли три мужика за один столик и женщина за другой. Мой сменщик (я тогда на стажировке был, в его смену) сказал об одном из них, что, мол, с этим поосторожней надо, он тот еще мозгоеб. И действительно. Мужик сей изъявил желание послушать песню Киркорова "Вишня". Такая песня у "гения розовой кофточки" действительно есть, и вроде даже так и называется. Однако в нашем каталоге ее не оказалось (либо иное название). Я сказал об этом официантке. Она немедленно подошла к дяденьке и стала уточнять, что за песня. Он тут же обиделся, как пятиклассница, что мы ему песню найти не можем, а когда официантка хотела при нем поискать в каталоге, он ее чуть ли не оттолкнул от себя. Неприятная ситуация, но что мы сделаем, если нет этой песни? Но куда как неприятней было смотреть на само поведение этого солидного дяди в почтенном возрасте, когда он корчил из себя какого-то подростка дефективного. Зато тетка оказалась адекватной и даже неплохо поющей. Мужики разошлись, а она сидела одна в зале почти до закрытия. Пела песенки, со мной общалась, ушла жутко довольная и даже мне чаевые дала. Для таких людей приятно работать, и дело не только в чаевых, а просто радует, когда человек адекватный. Сегодня выхожу уже в свою смену, непосредственно на работу, последний день стажировки был вчера. Посмотрим, что принесет мне работа сия...

У меня новая шиза. Недавно интереса ради скачал оцифровку с винила Pink Floyd "The Wall". Просто было интересно, как звучит цифра, сделанная с виниловой пластинки, есть ли принципиальная разница, присутствует ли специфическое "виниловое" ощущение и т.д. Альбом весил полтора гига, качался пости сутки. Но когда я его послушал... Это того стоило!!! Конечно, в любом случае, flac - это не винил, но звучит все равно просто умопомрачительно! Мне всегда нравилось, как звучат на виниле ударные, и сейчас я услышал тот самый звук! Теплый, глубокий, по-настоящему живой! Даже на маленьких компьютерных колонках дает потрясающий эффект. Я уже предвкушаю, как ЭТО будет звучать, когда я обзаведусь подходящей аппаратурой, с нормальными колонками, усилителями и прочей лабудой... Я наверное, буду испытывать оргазм от каждого такта (не сочтите за пошлость))). Недавно еще скачал тех Pink Floyd, альбом "Animals". Тоже феерические ощущения! На очереди еще пластинки PF, а также Deep Purple, King Crimson, Rainbow, The Beatles  и т.д. Надо срочно ставить более мощную звуковуху, а то встроенная не так хорошо обрабатывает битрейд 2500-3000. И буду балдеть!)) а как разбогатею, закуплю все это сокровище непосредственно на виниле. Вот праздник будет!

1. PAT METHENY - Metheny Mehldau Qartet (2007)

Я купил сию пластинку довольно давно, но недавно решил переслушать и зацепило по-новой. Поистине яркий, цепляющий альбом Пата, реализовать который ему помогли Brad Mehldau (piano), Larry Grenadier (bass) и Jeff Ballard (drums). Музыка самая разнообразная - порой легкая, свежая, прохладная (The Sound of Water), порой таинственная, интимная (A Night Away), порой сложная и навороченная (Fear and Trembling). Арсенал Пата на этой пластинке традиционен - акустическая гитара, электрогитара и 42-хструнная picasso гитара. Для тех, кто не ведает, что это за монстр - см. фото. Это реально музыкальный инструмент, а не картина сбрендившего сюрреалиста. Как на этом можно играть, я не представляю, но звучит интересно. В целом, мне по душе все работы Пата Метни, с него у меня начал развиваться интерес к джазу, когда я впервые услышал пластинку "Trio 99-00". Тоже восхитительная запись, настоятельно рекомендую тем, кто еще не слышал))


2. PUYA - PUYA (1995)

Первый альбом горячих пуэрториканских парней. Смесь жесткой альтернативы с латиноамериканскими приправами. Звучит просто убойно! Последующие их альбомы идут с некоторым уклоном в мейнстрим, посему данную пластинку я считаю самой удачной (в творческом плане, а не в коммерческом).

3. JOHN 5 - Vetigo (2004)

Отличный новаторский сольник экс-гитариста Marilyn Manson, David lee Roth, Rob Zombie, успевшего также засветиться в качестве сессионщика в ряде других известных коллективов (Scorpions, Static X, Paul Stanley, Meat Loaf etc). Последующие его сольные работы несколько традиционны, однако все равно хороши. Vertigo же являет собой квинтессенцию всего нового, что John William Lowery, известный под псевдонимом John 5, привнес в рок-музыку. Определенно можно сказать, что это принципиально новое имя в истории гитарного рока. На одном из мастер-классов Стива Вэя был вопрос: "Стив, как Вы думаете, Джо Сатриани возьмет в G3 John5?", на что Стив ответил: "Это хорошая идея! Я обязательно скажу об этом Джо!". Ещё Стив сказал, что в G3 берут только тех гитаристов, которые внесли что-то свое в мировую гитарную музыку, мягко намекнув, что John 5 уже внёс. Что ж будем ждать концерта этого замечательного трио Satriani-Vai-Lowery.

4. STEVE KUHN TRIO - Quiereme Mucho (2000)

Отличный альбом бруклинского джазового пианиста, записанный в компании David Finck (bass) и Al Foster (drums). Достаточно традиционный для фортепианного джаза альбом, но от этого не менее интересный и приятный. Просто отличная работа настоящих профессионалов.

5. JESPER LUNDGAARD & MADS VINDING - Two Basses (2002)

Музыка из разряда "далеко не для всех". Два гениальных датских контрабасиста записали совместную работу. Только два контрабаса и всё. Альбом, дающий понять, что бас - далеко не только часть ритм-секции, но и вполне самодостаточный музыкальный инструмент. Понятно, что среди наследия мирового джаза это далеко не первая подобная работа, однако для меня она стала неким своеобразным откровением, позволившим взглянуть на новые музыкальные горизонты. Пластинка требует к себе серьезного внимания, хотя на первый взгляд может показаться нудной и слишком специфической...

6. IKE QUEBEC - Soul Samba (1962)

Все, за что я люблю bossa nova, можно найти в этом альбоме. Таинственная, грустная, теплая, глубокая, потрясающая (...список можно продолжать...) музыка. Сплетение соул джаза, хард-бопа и босса-новы в данном исполнении звучит гениально. К сожалению, гений Айка так и остался известен узкому кругу ценителей, чему способствовало множество факторов, в числе которых его борьба с наркозависимостью и элементарное невезение. Он умер от рака легких в 1963. Тем не менее, его музыка все же находит своего слушателя, и я рад, что нашла она и меня.

7. PRIMUS - Miscellaneous Debris (1992)

EP-шник калифорнийских фанкеров-психоделистов. Состоит из пяти кавер-версий (Intruder (Peter Gabriel Cover), Making Plans For Nigel (XTC Cover), Sinister Exaggerator (Residents Cover), Tippi Toes (The Meters Cover) и Have A Cigar (Pink Floyd Cover)). Последняя просто сносит башню. Чуть грязная гитара, перегруженный сочный бас, бонги, нестандартные ритмы и экспрессивный вокал создают потрясную атмосферу психоделического безумия. Яркий пример того, что такое настоящая кавер-версия. Это не тупо переигранный нота в ноту материал, а его переосмысление сквозь призму собственного миропонимания. Я обожаю абсолютно все альбомы этого коллектива, просто этот нравится слушать именно в сравнении с оригиналами песен. К слову, Primus так и остались малоизвестными, в то время как плоды их славы были успешно пожаты немцами Guano Apes. Послушайте ранние альбомы калифорнийцев и сравните с GA, - поймете о чем речь.

8. SNOT - Get Some (1997)

Синтез джаз-фанка, панка и альтернативы. Первый и последний студийник талантливых чуваков из небезызвестной Санта Барбары. Оригинальный, клевый альбом. Признаться, я терпеть не могу, когда на альбоме 15 и более песен. Зачастую лишь 2-3-4 из них представляют собой что-то интересное, а все остальное слушается с одним желанием: "Блин, когда ж ты закончишься?" Однако "Get Some" - обратный случай. Все 15 треков были прослушаны мной на одном дыхании, после чего возникла досадная мысль: "эх, и это все?". Группа могла бы добиться больших высот, если бы не гибель в автомобильной катастрофе их лидера Lynn Strait в 1998 году.

9. BRIAN ENO & J. PETER SCHWALM - Drawn From Life (2001)

Небезызвестный электронщик Брайан Ино, на сей раз в компании с Питером Швальмом записали довольно неплохой диск. Я не поклонник такой музыки, но эта пластинка почему-то зацепила. Особенно хорошо слушается, если как следуется обдолбаться Юннань Маофеном или Тегуанинем)). Сложно описать, что это и на что похоже. Думается, такое придется по нраву поклонникам минимализма, слушающим, к примеру, Филиппа Гласса.

10. PAUL STANLEY - Live To Win (2006)

Это - абсолютно коммерческая работа, полнейший и ничем не прикрытый мейнстрим. Сольная пластинка Пола Стенли, экс-участника легендарных Kiss. В принципе, ничего оригинального и нового в этой работе нет, все выполнено в лучших традициях "поцелуйчика". Однако приятны бывают после долгих часов навороченного джаза "под чаем" бодрые, простые, запоминающиеся хитовые мелодии. Такую запись хорошо слушать с утра - не заставляет внимательно вслушиваться, не напрягает и поднимает настроение. К слову, на этой пластинке отметился своими соло вышеупомянутый John 5.

1. ДЕТИ PICASSO - Глубина (2006)

Армянский психоделический рок покоряет Россию! Впрочем, все участники из Москвы. Оригинальная, нетипичная для России музыка, хорошо продуманная, сложная не технически, а концептуально. Немного отдает King Crimson'ом, но такое сравнение - это не упрек, а комплимент. Плавные, медитативные композиции с отнюдь не глупыми текстами. Словом, побольше бы такого в нашем отечестве...

2. HIERONYMUS BOSCH - Equivoke (2008).

Свежий альбом московских техно-детстеров. Все в лучших традициях Death, Atheist, Mekong Delta и Cynic. Очень высокий профессиональный уровень музыкантов, сложные техничные композиции, отличное качество реализации ставят этот релиз на одну полку с ведущими европейскими и американскими прогрессивщиками.

3. ФРУКТОВЫЙ КЕФИР - Фруктовый Кефир (2005)

Альтернатива, джаз-рок, фьюжн и фанк-рок в одном флаконе. Ростовские парни не ищут никакой славы и выгоды, а просто делают ни с чем не сравнимый интересный прогрессив-фанк. Стандартный набор инструментов рок-группы разбавляет саксофон, котоый я сначала принял за трубу. Бывает... Отличается также остроумными, легкими не гружеными текстами, которыми любят страдать наши говнорокерские группы, бьющие себя в грудь, мол, мы поэты прежде всего, в то время как музыки - ноль... Воистину, в среде постсоветского т.н. "русского рока", ФК - просто подвижники, как, впрочем и Дети Picasso. Это музыка нового российского поколения. Духовно нового.

4. ПУРГЕН - Трансформация Идеалов (2007)

Группа моей студенческой юности, в прошлом панки в духе Exploited, а ныне - злобные хардкорщики/индастриэлщики. Экое неудобоваримое словосочетание)) Сей релиз очень сильно отличается от того, что делал Руслан сотоварищи в прошлом. Не лишенный мелодичности, агрессивный панк-хардкор звучит бодро и цепляюще. Тексты, правда, те еще... Но слушаются не напряжно. В основном, это подростковый амбициозный бред, простебывающий сам себя. Особенно хороши "Идти или Стоять" и "Воздушные Фильтры Заводов". Мороз по коже...

5. ТАРАКАНЫ! - Unplugged Unlimited (2008)

Еще одни панкеры, записавшие нетипичный для сего жанра диск. Причем в данном случае - чрезвычайно нетипичный. Одна из лучших "тараканьих" работ, которую тупые завистливые быдлопанки тут же разнесли в пух и прах. Да, никаким панком в его классическом понимании здесь и не пахнет, однако это просто качественная, интересная, неординарная, экспериментальная переработка старых песен. Кавера на самих себя. Здесь можно обнаружить и кондовый рок-н-ролл, и румбу, и ска, и даже рэп! Все это не противоречит друг другу, а звучит вполне цельно, ярко и позитивно. Незадолго до прослушивания сего альбома, я прочел книгу Спирина "Панк-рок для интеллектуалов", это помогло избавиться от некоторых дурацких стереотипов и взглянуть на творчество Тараканов! по-новому. Это действительно талантливая и клевая группа!

Вот таков перечень того, что мне по кайфу в последнее время. Уважаемые френды, не затруднит ли вас написать, что в последнее время вертится у вас в винампе (фубаре, плеере, муз. центре и т.д.)? Какая "горячая десятка" актуальна ныне у вас? Какие исполнители и группы у вас в особом почете? Для меня очевидно, что вышеприведенные музыканты занимаются настоящим творчеством и искусством, а для вас? Напишите, мне будет интересно. Можно, конечно, не так детально и без картинок, а хотя бы просто списком. Заранее благодарен!))

Я в свое время регился на МузВолге с целью поиска драммера и клавишника. Забавный форум. Любимое занятие многих форумчан - поливать новичков грязью и обкладывать всяческими х*ями. Но иногда там появляются такие перцы, что не отпустить пару язвительных словечек - просто грех. Так, некто Firewing напостил следующее: "Тексты песен в разных жанрах профессионально, большой творческий стаж и опыт. Примеры работ: stihi.ru/avtor/voskres". Мы с Оксаной не преминули ознакомиться с творениями автора... Ну что сказать... Йа плакалъ!.. Мы с женой просто ржали до потери пульса. Классных стихов там нет вообще. Есть просто чушь, неинтересная, глупая и отнюдь не профессиональная. Но есть такое, что вообще не понимаешь - или мир куда-то катится, или времена настолько изменились, что за ними уж никак не успеть. В частности меня жутко повеселило творение "Ты Одна". Означенное автором как "русский рок", его скорее можно считать принадлежащим к сомнительному жанру "быдло-район-гоп-семачки-рокЪ". К тому же с плагиатом. Кто найдет, где именно плагиат, напишите))) И вообще, товарисчи, если не лень, пройдите по ссылке и напишите, что думаете по поводу творений сих.

Моя Оксана совсем загрустила. Насовсем уехала в Питер ее лучшая (пожалуй, даже единственная) подруга, остался только я, не любящий прогулки по различным урбанистически-романтическим е*еням. Вот она и депрессирует, ибо гулять стало не с кем.
У IGLOOJAZZ'а дела обстоят не так хорошо, как хотелось бы. Конечно, дело не в каком-то стечении обстоятельств или невезении, а исключительно в нас самих. Что-то делаем не так, с недостаточным усердием и рвением. И, наоборот, то, что в особом усердии, или, правильней сказать, в излишнем пристальном внимании не нуждается, вот этому-то и посвящаем кучу времени. Плюс к тому, думаю, возраст тоже играет свою роль. Коля вообще довольно консервативен, хотя честно пытается становиться человеком широких взглядов. Однако у всех существуют некие стереотипы, которые непросто сломать. Иногда ему сложно мыслить более современно. Хотя, справедливости ради, это и мне не всегда удается. У него есть и иные связывающие его обстоятельства. Он хороший человек, хороший басист, вот только достаточно ли этого для успеха группы? Наверное, нет, равно как недостаточно усилий и рвения проявляет и ваш покорный слуга...
Долгие поиски драммера привели-таки к более-менее приличному результату - нашли Макса. Он, конечно, не гений палочек и пластика, но довольно быстро все схватывает, соображает, и вообще, если будет стараться и усердно заниматься, толк будет. Другое дело клавишник. Электронщик. Это пинзец просто, сии загадочные особи в Волгограде либо повымирали, либо вообще никогда не рождались. Neverborn, так сказать. Остается что? - Правильно, вокал. В свое время, когда мы пробовали на роль фронтвумен Оксану, ее проблемы с горлом дали о себе знать. Обнаружились проблемы с верхами, боли в горле и прочие косяки. Не так давно прослушали одну вокалистку, но она не проканала. Не буду объяснять почему. И совсем недавно нашли одну девочку, она приходила к нам в понедельник, петь, правда, не пела. Была после болезни, не совсем восстановила голос. Ознакомилась с нашим материалом. Говорит, что понравилось. В пятницу, надеюсь, услышим и ее. Если все будет хорошо, будем доделывать программу и начинать выступать. Без клавишника.
Как гласит поговорка, каждый сам кузнец своего счастья. И отъезд Ксюши и Виталика в Питер напомнил нам об этом лишний раз. Если гора не идет к Магомету, он сам к ней чешет. Вот мы и решили дать себе и миру (пафосно-то как:)) один год. До первого мая 2010 года я обязан просто наикрутейше освоить гитару (как акустическую, так и электрическую ее ипостаси), изучить на практике звукорежиссуру (в достаточной мере для того, чтобы работать звукачом в Питере). Оксана обязана вылечить больное горло, поставить вокал с помощью преподавателя и освоить дизайнерские программы (фотошопы всякие). А вместе мы должны также изучить английский, довести его до приличного уровня, чтобы не было стыдно англичанам в глаза смотреть.
На все это ровно год. По истечении оного, мы уезжаем в Питер. Ибо в ожидании подарков с неба можно просидеть в Волгограде всю жизнь. А он, хоть город порою и милый, но, как говорилось в "Big Fish", слишком мал для нас. Не важно, уедем ли мы с IGLOOJAZZ'ом, с какой-то другой группой, или вообще одни. В конце концов, если добиться в гитаризме приличных высот, в Питере всегда можно найти группу, создать свою, или, на худой конец, пойти сессионщиком. То же касается и звукорежиссирования.
С Igloojazz'ом или без, через год нас ожидает Питер. И надо бы его не подвести.

Логичная и резонная фишка - пользователи ЖЖ подводят итоги 2008 года. Надо бы и мне. Не хочется писать сочинение на тему "Как я провел...", поэтому ограничусь тезисным изложением всего прожитого.

1. Понял, в конце концов, что играть на гитаре, гастролировать, записывать альбомы, прыгать по сцене, ездить автостопом - это действительно то, чем по-настоящему хочется заниматься. А momentary lapse of reason  в лице политтехнологий, PR и науки были всего лишь мимолетными увлечениями. Попробовав мир бизнеса на вкус (слегка пригубив), я понял, что ну его нах... 
2. Окончательно укрепились отношения с моим дорогим и любимым человеком - Оксаной. Радует (если не сказать больше), что мы делаем общее дело, получаем от этого колоссальное удовольствие и грозимся в следующем году быть беспощаднее к себе, чтобы добиться большего.
3. Съездили с Оксаной на мою родину - славную краiну Беларусь, где я успешно расправился с армией. Теперь уже не суждено мне прыгать с парашютом, ломать кирпичи головой и нырять в фонтан 2 августа. Прощай ВДВ! Это грустное. Хотя, как посмотреть...Теперь о веселом. Поездка осуществлялась исключительно автостопом, что позволило Оксане получить новые незабываемые впечатления, а мне - освежить их в памяти. Два дня мы гостили в Москве у Антона Кротова (за что ему персональное спасибо), после чего буквально со свистом преодолели оставшиеся 650 км. до Новополоцка. Гуляли по лесам, ездили на турбазу, в деревню. Перед отъездом в Волгоград заехали на пару дней в Минск. Умопомрачительный город, в который мы влюбились до беспамятства. Накупили там индийских ароматических палочек, окрестив их тут же "вонючками", и сейчас говорим: "а не включить ли нам вонючку". Да, - в Новополоцке обнаружили офигенный чай!
4. Также довелось мне поработать грузчиком на Волгоградском оптово-продовольственном рынке. Хуже казни нет... Теперь никаких грузчиков, только мерчендайзером или продавцом. Чтобы ничего не напрягало и не мешало музыкой заниматься.
5. Определились с названием группы и со стилем музыки, которую будем играть. Назвались "IGLOOJAZZ". Я перелопатил оксфордский словарь (хотелось непременно английское название), нашел множество вариантов, в числе коих были такие: ACIDRAIN, AIRSTREAM, BALLROOM BLITZ, и даже SHITBERRY. Изначально мы планировали заниматься прогрессив-роком, однако позже сочли сей стиль слишком сложным, как для нас самих, так и для потенцильного современного слушателя. Поэтому стали играть нечто более современное, смесь альтернативы, прог-рока и даже джаза местами. Получается вроде неплохо, нам, по крайней мере, нравится. Сейчас пишем демо, думаю к концу января оно уже будет доступно в сети. Переключение на другой стиль прошло безболезненно, сейчас даже очень нравится то, что делаем.

Теперь стоит сказать о предстоящем. Составить, так сказать, программу-минимум на 2009 год. В сию программу входят следующие компоненты:

1. Дозаписать демку до конца января-середины февраля. Устроится-таки на работу, ибо уж очень нужна новая гитара и педали. Демку растиражировать и всячески распространять и продвигать. Не забывать про мощное средство - PR в Internet. 
2. Весной снять клип и отправить его для начала на О2. Снять добросовестно, качественно, чтобы было что смотреть. Я сам, честно говоря, не особо люблю клипы, но понимаю, что это надо.
3. В апреле-мае приступить к записи мини-альбома, в коем предполагается 5-6 песен. Начать поиски лейбла, который сие издаст. Желательно, если это будет питерский "Кап-Кан Рекордз".
4. Попутно все это время (до июня) тусовать в Инете, на форумах, искать контакты в других городах. Составить график мини-тура на июль-август. Колян (басист), правда, ругается, что, мол, сначала надо засветиться как следует в Волгограде, а потом ездить в туры, но я не вижу в этом особого смысла. Волгоград сейчас нужен только, чтобы разыграться и получить небольшую концертную практику перед туром и переездом в Питер.
5. После тура, если будет возможность, съездить стопом в Крым, а то поездка 2008 года накрылась из-за паспортных проблем. Если возможности не будет, то сразу приступать к написанию кового материала и разведывательным поездкам в Питер. Как с целью выступить, так и с целью все тщательно разведать. Переезд в Питер пока не намечаю на 2009. Но надо постараться, чтобы уехать туда как можно скорей.

Вот такие задумки. Что еще сказать... Только то, что этот год был действительно переломным в хорошем смысле. Правда, я все равно умудрился наделать ошибок, но не серьезных. В 2009 я все эти ошибки учту, и буду действовать более мобилизованно и результативно. В конце концов, хватит валять ваньку, пора начинать профессиональную музыкальную деятельность.

Ночью Ипполиту Паразитовичу приснился сомнительный сон. Почему сомнительный, - Ипполит Паразитович не знал, но почувствовал в воздухе запах горелых спичек. В детстве бабушка говорила ему: «Будешь, когда вырастешь, хромым и страшным, поэтому девки тебя любить не будут». Видимо, поэтому Ипполиту Паразитовичу пригрезились спички… Вообще Ипполит Паразитович был по жизни человеком глупым, многие даже называли его идиотом, а раз называли, то, стало быть, таковым он и являлся. По утрам у Ипполита часто бывали запоры, и, когда это случалось, он выходил на балкон, закуривал папироску и направлял взор в еще темное и звездное небо и думал о том, как в скором времени к нему явится то самое видение, что и двадцать лет назад.

***

В одно прекрасное утро он не почувствовал неприятного ощущения в заднем проходе, чему несказанно обрадовался. Открыв глаза, он обнаружил, что возле кровати стоит Человек.
-    Кто ты? – Спросил его Ипполит
-    Разве ты меня не знаешь? – Ответил Человек.
-    Нужен ты мне! – Заорал Ипполит
-    Слышишь ты, кобель несчастный, у тебя рожа как блин!
-    А у тебя пузо скоро до полу достанет!
-    Я вот сейчас как тресну по твоей блинистой роже коромыслом!
-    А я тебе вырву кадык!
-   Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! Я могу тебе треснуть по роже коромыслом!
Ипполит Паразитович вскочил с кровати, но не обнаружил никого рядом с ней. «Вот паскуда!» - подумалось ему в это прекрасное утро. Ипполит подошел к унитазу, понюхал воздух и засмеялся. Потом у него защекотало в горле и он убежал на кухню. На кухне сидел Человек. Ипполит Паразитович сел рядом, налил себе и гостю чаю.
-    Вы, сударь, похожи на одного моего знакомого, который пахнет огурцами. – Сказал Ипполит.
-    А вы, сударь, как дураком жили, так дураком и помрете.
-    Да, что ж поделать, судьба! – проскулил Ипполит.
-    Ничего страшного, давайте по сто грамм.
Ипполит Паразитович и Человек вмазали по рюмочке, закусили напильником и забалдели.
-    Что-то вы, Ипполит позеленели. – Запищал Человек
-    Да пошел ты, гнида безобразная – прошептал Ипполит
Человек встал с табуретки и ото всей души отоварил Ипполита по его немытой харе. Ипполит заверещал и шарахнулся со стула. Человек плюнул Ипполиту в карман и захихикал.
-    Заходите еще – Вежливо предложил Ипполит
-    Спасибо, вы так любезны!
-    Передавайте привет вашей жене и деткам! – Вякнул Ипполит сдуру
-    Ах ты, свинья безрогая – воскликнул Человек и плеснул Ипполиту в мордень чайком.
-    Спасибо – прохрипел Ипполит и уснул, распустив слюни.
Человек вытер платком то, что вырвалось из гнилого Ипполитова нутра с ботинка, запел походную песню и вылетел в окно.
Немного погодя проснулся Ипполит.
В комнате явно ощущался стойкий запах непостиранных носков, сей запах радовал и грел душу  Ипполиту Паразитовичу, он закричал от счастья и увидел Человека на стене.
-        Здравствуйте, дяденька – Сказал Ипполит
Человек на стене ничего не ответил.
Ипполит не растерялся, упал на пол и стал ерзать животом по ковру, распевая «Ой, мороз, мороз…». Это не помогло, и Ипполит повис на люстре, и завыл шакалом. Человек поднял на него свои измученные глаза и пошептал:
-     Я не могу больше…
Голова его упала, туловище нелепо дернулось. Комната наполнилось резким запахом горелых спичек. Ипполит взмахнул рукой и упал на кровать. Он хотел, чтобы все осталось как прежде, но запах спичек становился все более невыносимым.
Тогда Ипполит Паразитович подошел к холодильнику, открыл его и достал молоток. Он часто хранил молоток в холодильнике, отчего его прозвали коромыслом. Затем Ипполит снял со стены чучело Человека, встряхнул его, и, глядя прямо в бездонные, мертвенно синие глаза последнего произнес сакраментальную фразу:
- И вылетел в окно…
А солнце неумолимо продолжало садиться, и наступала ночь. Ночь, которой никак не хотел Ипполит, и которая стала его последним пристанищем на пути к тому самому видению, которым все и закончилось.
              - «Не пищи у меня в голове…
                  Я ранен смертельно,
                  Жду с моря погоды
                  Мне холодно думать
                  И пить горлом время
                  Вдруг внутри меня  что-то щелкнуло,
                  Что-то покатилось.
                  Заскрипело, заскрежетало,
                  Взорвалось и затихло…»
                                                                                                                                                       2002 г.

Ипполит Паразитович сидел в родном сортирчике по причине очередного утреннего запора. В воздухе запахло горелыми спичками и из кармана Ипполита на крышку унитаза выскочил маленький человечек. Постепенно существо начало расти и превратилось в огромного и вонючего дядьку.
-    Я Сидор Кондратьевич – рявкнуло существо.
-    А я Римский Папа  - ответил Ипполит злорадно.
-    Я смотрю, Ипполит, вы тут, однако, дела грозные вершите!!!
-    Не грозные, а грязные – поправил Ипполит.
-    А я похож на батарейку – взревел Сидор Кондратьевич
-    Ты похож на тупую, старую обезьяну – вежливо возразил Ипполит
Они пошли на кухню, где дорогой гость и саданул Ипполита по морде ободом от унитаза. Ипполит немного засмущался и закурил цигарку, думая о лыжах. Гость сидел на стуле и в свете утренней зари был действительно немного похож на батарейку. Ипполита начало тошнить и он принялся ползать по стенам и визжать дурным голосом о том, что ему как раз нужна батарейка в самокат. Гость сидел, угрюмо разглядывая пальцы на ногах Ипполита.
-    Ты чего? – спросил Ипполит
-    Я? Я хочу почесать зад – тихо ответил Сидор Кондратьевич
-    Чей зад? – не понял Ипполит
-    Я еще не решил, можно подумать?
-    Я не знал, что вы умеете думать! – восхищенно взвыл Ипполит Паразитович
-    Умею, умею, причем немного умею и головой.
-    ГОЛОВОЙ?!! – удивился Ипполит Паразитович  - а как это?
Гость тупо посмотрел на него и отвернулся к стене, Ипполит немедленно принялся грызть кафельную плитку на потолке. Сидор Кондратьевич попытался сбить Ипполита с потолка, бросаясь в него  приемником, холодильниками, кошкой, тараканами, грязными носками и другими домашними животными. Ипполиту Паразитовичу это нравилось и он весело носился по потолку, пока не ударился головой об люстру и не грохнулся под стол.
-    Вам удобно? – тревожно осведомился Сидор Кондратьевич.
-    Благодарю, удобно, но, знаете, немного щекотно – сказал Ипполит, отшвыривая от себя дохлую кошку, грызущую его за пятку.
-    Я тут подумал, не посмотреть ли нам телевизор – с надеждой в голосе спросил гость.
-    Я вчера съел телевизор – пискнул Ипполит Паразитович.
-    Вы съели телевизор? Неудивительно тогда, что у вас запор.
-    Неужели от телевизоров бывают запоры? – изумился Ипполит Паразитович.
-    О, да! Конечно. Я помню, тоже съел телевизор моего дедушки, так потом три дня не мог
сходить нормально в туалет, все какие-то гайки вываливаются, микросхемы, веревочки, шарики, гантельки, шторки и утюги.
-    Что же мне делать?
-    А хрен его знает, тужься, друг мой и верь в удачу!
-    Вы и вправду верите, что я смогу?
-    А хрен его знает, может, лопнешь, скотина безрогая.
-    Очень хорошо, что я встретил вас, вы мне дали гениальный совет, как мне отблагодарить
вас?
-    А хрен его знает! Посадите меня в унитаз и дерните за веревочку, я очень сильно хочу
покататься, у меня есть приятель, которого зовут Виталик, так он очень любил плавать в унитазе, а после вешался с внешней стороны балкона и курил трубку, кстати, у вас есть трубка?
-    Нет, но могу предложить гвозди
-    ГВОЗДИ?!!!! – радостно взревел Сидор Кондратьевич – ТАЩИТЕ ВАШИ ДОЛБАНЫЕ
ГВОЗДИ СКОРЕЕ!!!!!!
-    Уже несу – услужливо закрякал Ипполит Паразитович и умчался в сиреневую бездну.
-    Вот обалдуй! – пропыхтел Сидор Кондратьевич и вольготно растянулся в хлебнице.
Ипполита не было минут сорок, Сидор Кондратьевич уже начал дремать, как в воздухе что-то засвистело, заскрипело, засверкали молнии и на землю шарахнулся Ипполит Паразитович в детском чепчике.
-    ГДЕ ТЫ БЫЛ?!!!!! – раздался, подобный раскатам грома, рев Сидора Кондратьевича.
-    Не ругайте меня, дяденька, я вам гвозди принес! – промямлил Ипполит.
-    Где же твои гвозди, дружок? – ласково спросил Сидор Кондратьевич.
-    Вот, – Ипполит протянул коробочку с цветными гвоздями.
Сидор Кондратьевич  взял один гвоздик, понюхал, лизнул шапочку и принялся увлеченно вбивать гвозди в свою красную лысину. Пока происходило это действо, Ипполит Паразитович услужливо передавал ему гвозди и тихонько гордился про себя таким уникальным знакомством. Когда лысина гостя была вся утыкана разноцветными гвоздями, Ипполит Паразитович высморкался в кошку Нюру и запищал, как резаный.
-    Ты, что? – спросил Сидор Кондратьевич
-    Я представил, что будет, если я стану похож на перчатку.
-    А хрен его знает! Но тогда тебе придется каждый день пищать, как больному.
-    А это разве плохо?
-    Нет, это наоборот очень хорошо, но я не могу сказать тебе, почему.
-    А с чем это связано?
-    А хрен его знает! Видимо с тем, что ты совсем как коляска.
-    Правда? Никогда об этом не думал.
-    Так ты ж уродец, морально недоношенный, у тебя вместо мозгов две перчатки и те в
кармане.
-    Я больше так не буду! – заревел Ипполит, наматывая на кулак сопельки.
-    А мне по барабану, дружище. Я должен идти, меня ждет благая цель.
-    Не уходи, мой друг, я молю тебя, останься!
-    Пшел вон, кастрированный недоумок, чтоб тебя, окаянного…
Сидор Кондратьевич повернулся и собрался уходить в туалет, но Ипполит прочно вцепился в его штанишки своими ручонками и принялся теребить штанину. Сидор Кондратьевич захихикал и, схватив Ипполита Паразитовича за загривок, размазал его по дну кастрюли.
-    Я должен плыть, меня ждет благая цель и мой the best friend – Виталик.
Ипполит соскоблил себя с кастрюльки и крикнул:
-    Вы еще вернетесь?
В ответ донеслось нечто невнятное и булькающее – Сидор Кондратьевич погружался в воду. Скорее всего это было: «А хрен его знает!».
Ипполит долго стоял на берегу унитаза и махал вслед гостю беленьким платочком. Потом, когда пузыри, прекратили подниматься из глубин унитаза, он засунул в него руку по локоть и достал Виталика, который пыхтел, свистел, плевался, матерился и даже пару раз треснул Ипполиту Паразитовичу по шапке. Ипполит отвесил Виталику нехилую болдянку, отчего Виталик присмирел и боязливо посмотрел на Ипполита.
-    Я исполню три твоих желания – проблеял Виталик
-    Я хочу обратно моего друга – Сидора Кондратьевича.
-    О, нет, только не это!
-    А что ты еще умеешь? – осведомился Ипполит.
-    Я умею висеть на балконе и кататься по мусоропроводу.
-    Ништяк, пошли, покатаемся!
И Виталик с Ипполитом Паразитовичем, напевая «А напоследок я скажу…» поперлись к мусоропроводу. Катались они довольно долго, пока не посинели от удовольствия. Потом еще долго висели на балконе и рассказывали друг другу сказки. А Сидор Кондратьевич так и не вернулся, и правильно, на хрен ему нужен старый идиот Ипполит, да еще и с маленьким идиотом Виталиком. Но Ипполит все равно остался доволен сегодняшним днем и в его душе прочно поселилась надежда, что утро следующего дня принесет ему новую встречу с Сидором Кондратьевичем и что его запоры прекратятся.
                                                                                                                                         2002 г.

Ипполит Паразитович проснулся поздно вечером от неожиданного для тех времен звука – «фхрптскыкс…» Не понимая в чем дело, Ипполит вскочил с кровати и уставился на чернеющие стены близлежащего города Х. Ипполит не знал, что стоит за этим, он даже не понимал каким образом это связано с закатом всего прочего и с расцветом его акмэ.  В ту же секунду Ипполит достал из-под утюга свиней и принялся пищать во весь глас о том, что весь мир прекрасен кроме банки с колбасой, которая назойливо преследовала Ипполита и не давала ему покоя ни днём, ни ночью.
Тем временем разгорался пожар в его многострадальной груди. Мерзкие смазливые детишки искали в утробе Ипполита свинцовый свет и пытались затмить ноги берёзовым унифортаном. «Так надо…» - эти мысли посещали Ипполита разов семь за день и он, уставший от всего, улёгся спать снова.
За окном постепенно стали летать коровы. Ипполит мычал во сне и пытался рассказать страшную сказку про немыслимые вещи, но ничего не получалось.
Ипполит вздрогнул, взвизгнул и проснувшись в горячем поту покатился под кровать, а уж оттуда стал жадно ругаться, понося тех самых коров, которые еженощно заставляли его мычать, влетая к нему через окно, через вентиляцию и даже через унитаз. Вскоре до безмозглого Ипполита с трудом и со скрипом, но все же дошло, что это всего лишь  очередной кошмар, из тех, которые мучили его последнее время  все чаще и чаще. «К чему все это?» - подумал Ипполит, выползая из-под кровати. «Так надо!» - услышал Паразитович в ответ на свой мысленный вопрос. Он  начал озираться по сторонам и к своему ужасу обнаружил в комнате корову, сидевшую на люстре и смотревшую на него полным глупости взглядом. «Не может быть!!!» - завопил Ипполит и принялся тереть свои поросячьи глазки наждачной бумагой, напильниками разных калибров, теркой и всякой дрянью того же рода.
Наконец, когда не осталось ни одного глаза, Ипполит нащупал корову и взревел тревожно: «ТЫ КТО?» Корова тяжко вздохнула, поправила картуз на вымени и гаркнула Ипполиту на ухо так, что он стал ещё и глухим – «РАЗВЕ ТЫ МЕНЯ НЕ УЗНАЛ? Я ТВОЕ АКМЭ, ЗАРАЗА!!!»
Ипполит, совершенно осоловевший, сел на пол и немедленно принялся тереться задом о славянский щкаф, огромной ледяной глыбой выпирающий из пола. Вокруг снова запахло горелыми спичками и прокисшим коровьим молоком. Кроме этих запахов Ипполит ничего не мог больше ощущать, так как был слеп, глух и туп. Когда мир повернулся к нему задом, у Ипполита выросли новые глаза и запасное ухо на пятке. Оглядевшись, наш герой понял, что уже глубокая ночь. Корова, вальяжно растянувшись на потолке, спала, прихрапывая. Ипполит потянулся к унитазу, достал оттуда гранатомет и расстрелял корову. Та сердито открыла один глаз, что-то пробурчала, повернулась на бок и восхрапела еще сильнее. Ипполит закурил примус и…
                                                                                                                                                      2002 г.